Венецианские маски обладают индивидуальностью. Об этом нам поведал художник Николай Латунов, молодой человек который познал успех благодаря своим картинам и венецианским маскам, которые он научился создавать на их родине - в Венеции.
Создание масок является для тебя увлечением средневековой венецианской культурой или ремеслом, которое приносит деньги?
Я учился во Флоренции, окончил там магистратуру по 3D анимации. Также получил стипендию на обучение в Париже. Я провел год во Флоренции, после чего должен был отправиться в Париж.
Я начал изготавливать маски, будучи студентом на факультете. Несколько раз встречался с Глебусом Саинчуком. Я нуждался в совете и то, что он рассказал, было ценным для меня и за это я ему благодарен. Однако именно в Венеции я пристрастился по-настоящему к этому культу масок. Я начал рисовать и делал это с удовольствием. Я влюбился в эту культуру, занимаясь тем, чем давно хотел заниматься.
Помимо этого, во время пребывания в Венеции я изучал венецианскую культуру, историю Венеции и венецианского карнавала. Именно там я открыл для себя древнюю культуру карнавальных праздников.
Вернувшись на родину, я основал мастерскую по созданию масок в Кишиневе. В то время я не задумывался о том, чтобы уехать или остаться. Просто начал работу, а покупатели не заставили себя ждать. Теперь я продаю маски и в Венеции.
Маски продаются лучше у нас в стране или в Западной Европе?
Маски начали продаваться хорошо и у нас. Я пытаюсь развить культуру венецианской маски каждая, из которых обладает индивидуальностью.
Расскажи нам, пожалуйста, что собой представляет венецианская маска и какое её значение?
Венецианская маска использовалась с целью скрыть лицо. Надеваешь маску и скрываешь свое истинное «Я», играешь своего рода роль. Со временем каждая маска в отдельности приобрела собственное значение. Например, тот кто шил брюки, носил маску «Панталоне», «Капитан» или «Казанова».
Я изготавливаю маску и объясняю её значение. Какое-то время я даже преподавал в нашей стране. Этим хочу заниматься и дальше.
Твоя карьера в области искусства началась перед тем как ты уехал в Италию или после того как вернулся из Венеции?
Я учился живописи в Колледже изобразительных искусств, а затем в Академии искусств. Помимо живописи я также занимался графикой и скульптурой. Европа расширила мои взгляды на искусство. Безусловно, я начал работать на родине, но в случае с масками именно Венеция привила мне любовь к ним, и там я научился их изготавливать.
Ты говорил, что пытаешься развить культуру масок. Как воспринимают наши соотечественники средневековые маски?
Я объясняю всем желающим значение масок. Тем, кто не знаком с терминологией я объясняю простым языком. Я горжусь тем, что маски принесли мне успех. Своей работой хочу подать красивый пример культуры венецианской маски, которая должна быть внешне привлекательной.
Сейчас я еще изучаю стилистику, фактуру, цвет и другие характеристики маски. Мне понадобилось много времени для того, чтобы научиться делать хорошую маску из папье-маше. В этом ремесле есть много секретов, которые я узнал находясь в Венеции.
Я потратил много времени и денег для того чтобы добиться качественного исполнения масок.
По возвращении домой ты верил в свой успех?
Я не думал тогда об изготовлении масок в Молдове. Идея пришла со временем и после трудоемкой работы. Теперь я изготавливаю маски не только из папье-маше, но также из силикона. Мне помогают интернет и друзья за границей, которые также создают маски, правда других народов, например, африканские или индийские маски.
Я много читаю о том, как делают маски из керамики и в частности из японской керамики. У меня есть маска самурая, но пока я не изготавливаю такие маски для продажи. Со временем, может быть буду заниматься и этим. Другими словами, перед тем как начать работу над маской я изучаю много информации.
Ты уже думал о выставке масок на родине?
В 2004 году я впервые выставил свои венецианские маски за границей. Недавно я организовал выставку в Чехии. На родине пока не было собственных выставок.
Ты пишешь много деревенских пейзажей. Связано ли это с твоим прошлым или они просто хорошо продаются?
Безусловно, такие картины хорошо продаются, но я на самом деле люблю писать молдавские пейзажи: долины и холмы, домик с соломенной крышей или пастух с несколькими овечками. В Молдове много красивых мест.
Какое направление или художник вдохновляет тебя больше всего?
Мои предпочтения менялись со временем. Сейчас, как я уже говорил, увлечен художником Джованни Каналетто, который творил в 17-ом веке. У него особенный стиль, который я не устаю изучать. Люблю также Пикассо и Дали.
Из направлений предпочитаю сюрреализм. Художник преподносит искусство таким, каким он её видит глазами, умом и переживаниями.
Как ты находишь моделей для картин ню?
Я их не ищу. Они сами меня находят (улыбается). В прошлом я даже прохожих останавливал для того, чтобы предложить стать моделями. Люди в наше время не умеют позировать, как в старину, когда каждый хотел иметь собственный портрет.
Случались ли смешные ситуации в работе с клиентами?
Однажды у меня была, может не настолько смешная, но скорее необычная ситуация. Какое-то время назад я рисовал портрет мужчины, а через 5-6 лет мне звонит его жена и просит приехать, потому, что с портретом проблемы. Выяснилось, что я должен был изменить цвет волос мужчины, который за то время поседел. Сначала я отказался, а потом сдался и изменил цвет, но просьба была забавной. Человек меняется. Он не кукла из пластика.
У Да Винчи случилась такая же ситуация с фреской «Тайная вечеря», которую он писал долгое время. После того, как изобразил Иисуса, он через несколько лет искал модель для Иуды. По дороге он встретил человека похожего на нищего. Художник остановил прохожего, потому что тот олицетворял все нужные для его персонажа качества. Он был полной противоположностью Иисуса. Нищий отверг предложение. Да Винчи хотел знать причину. На его вопрос прохожий ответил, что он был тем самым человеком, с которого художник раньше писал Иисуса.
Как учится человек воспринимать искусство и чувствовать разницу между ней и китчем?
Если речь идет о Кишиневе, то тут нам нужны художественные галереи. Их практически нет. Нам нужны большие галереи с отборными профессионалами.
Люди часто следуют моде. Если, например, в моде постмодернизм, то нам скорее всего, понравится постмодернистская работа. Вопрос еще состоит в том, поймем ли мы суть этой работы?
Ты говоришь о вкусах, а вкусы у людей разные.
О вкусах не спорят?
О вкусах спорят и их можно объяснить. Можно изучить терминологию. В наше время легко найти информацию о кубизме, импрессионизме или реализме. Я всегда стараюсь узнать как можно больше, перед тем как начать работу.
Люди говорят «нравится» или «не нравится». Они посещают музей, и какая-то работа им нравится, а какая-то нет. Но для того и существуют музейные гиды или аудиогиды чтобы рассказать об истории произведения, периоде в котором оно было создано и об её значении. Это очень полезно. Также, в нашей стране должна быть хотя-бы одна передача посвященная искусству.
В Париже для того, чтобы петь на улице люди сдают предварительно экзамен. Когда там слушаешь уличных певцов, слезы на глаза наворачиваются. Все не так как у нас, где люди просто выходят и что-то мурлычут. Так прививаются вкусы.
Нам нужен, наверное, целый канал посвященный искусству?
Совершенно верно. В Молдове есть много хороших людей искусства но, к сожалению, все они уезжают за границу. Я также могу потерять интерес к чему-то из-за однообразия.
Парафразируя классиков, хотелось бы сказать, что искусство спасет Молдову. Давайте строить галереи, чтобы было куда ходить. Давайте воспитывать в людях тягу к искусству. Мы должны иметь правильное отношение к искусству и люди должны научиться приобретать предметы искусства.
И ещё не забывайте тех творцов, которых больше с нами нет! Это то, что я хотел сказать, это мое послание.